– Однако, – изумленно произнес маорец. – В рассудительности парню не откажешь.

– Вот именно, – подтвердил аланец. – Поганец не оставил в живых ни одного свидетеля.

Мектон взглянул на Эдвина и молча кивнул головой. Надзиратель тотчас выкрикнул:

– Сегодня мы проводим казнь раба, совершившего тяжкое преступление» Семьсот тринадцатый бежал из временного лагеря, а при задержании оказал отчаянное сопротивление. Подлый выродок виновен в гибели людей и причинении ущерба. По законам Алана мерзавец приговаривается к смерти!

Штурмовики словно по команде, поволокли Андрея к правому столбу.

Подросток не вопил и не упирался. Даже нагота сейчас Волкова абсолютно не волновала. Кого ему стесняться? Палачей, солдат, невольников? Ничего нового они не увидят. Закусив нижнюю губу, юноша с трудом сдерживал рыдания.

Охранник крепкого телосложения принес лестницу и взобрался на столб. Конвоиры связали ноги Андрею, дружно подняли подростка и поставили на нижнюю опору. Надзиратель плотно зафиксировал стопы. Резким сильным движением палач поддернул пленника вверх. Тело Волкова вытянулось в струну. Руки разведены в разные стороны. Пара узлов на второй перекладине и процедура завершена. Она заняла не более пяти минут.

– Довольно оригинально, – заметил Грейсон. – Сколько времени длятся мучения?

– Сутки, максимум двое, – вымолвил Крейн. – Сириус беспощаден. Да и хищники не дремлют.

– К сожалению, на Маоре данный способ неприменим, – произнес гость. – Но мы используем другие, не менее эффективные, методы. На ледяных шапках планеты часто попадаются интересные статуи.

– Шутники, – рассмеялся Мектон. – Как-нибудь обязательно выберусь на экскурсию. Опыт нужно перенимать.

– Прилетай, – сказал Грейсон. – Климат у нас, конечно, похуже, зато вино гораздо крепче.

– Ты неисправимый пьяница, – проговорил аланец, разворачивая лошадь.