— Я Миэлин, купец из Вольфгарда — ответил тот, кто начал разговор — а это мои охранники. Мы следовали в Бритунию… Но, проклятье Эрлику, где все остальное? Где люди, где обозы с товаром? Куда ты подевал мой караван, стигиец?

— Не тревожься, купец, они продолжают свой путь и пребывают в заблуждении, что тебя задержали важные дела и впоследствии вы их нагоните. Мое имя — Яхмос, и это имя известно многим в Хайбории. А что в твоем караване, купец? Какой товар ты везешь?

— Яхмос?.. Ты сказал — Яхмос?

Имя мага произвело впечатление на Миэлина: ужасная слава некроманта долетела даже до Пограничья.

— Мы везем золотые украшения работы киммерийских кузнецов и смолу изумрудной ели — закончил купец, стараясь не выказывать страха.

Довольный произведенным впечатлением, Яхмос ударил в миниатюрный гонг из блестящего красноватого металла, непонятным образом появившийся в его руке.

В ответ на высокий вибрирующий звук открылись двери, которые до этого казались частью стены, и на пороге появилось несколько высоких фигур, отдаленно напоминающих человеческие. Но от людей их отличали огромный рост, кожа, покрытая серо-зеленой чешуей и немигающие глаза рептилий.

— Мои подручные помогут вам сполна ощутить наше гостеприимство, — произнес чернокнижник. — Здесь в пустыне невозможно найти слуг-людей, а посему приходится очеловечивать песчаных ящеров. И, кстати, купец, я желаю взглянуть на твою еловую смолу. — Как знать, может быть вам не придется сожалеть о том, что вместо Бритунии вы оказались в наших краях. Но мне очень важно знать, как далеко от Киммерийских гор она была собрана и в какое время года. Было бы также неплохо чтобы мне поведали, как выглядело тогда ночное светило, но, боюсь, вряд ли вам это известно…