Да и недосуг. Некогда хоронить. Чеченские боевики и федеральные войска все еще яростно сражаются на бренных останках города.

«Усопший», так и не захороненный, нынче смердит на весь мир, вызывая на лицах цивилизованных народов гримасу отвращения.

«Что такое Грозный? Это камни. Плачущие камни под ногами...»

Нет, камни — это уже не Грозный, а чеченский Джохар. Заблуждается тот, кто считает, что это город. Или город-крепость. Надо посмотреть правде в глаза. И попытаться понять хоть малую толику из того, что здесь происходит — здесь и сейчас.

Дыра — вот что это такое. Нечто запредельное, с отчетливо распознаваемым инфернальным душком. Черная дыра на лике земли, язва на теле человечества, огромная воронка, куда засасывает не только чеченский народ, но, кажется, и всю огромную Россию.

Вот что такое Джохар.

За спиной раздалось покашливание.

— Решил подышать свежим воздухом? — спросил Шувалов. — Или надумал полюбоваться панорамой города?

Бушмин пожал плечами. После чистейшего воздуха предгорий местная атмосфера казалась смрадом. Панораму эту он видел уже десятки раз. Нет, Андрей просто стоял и думал о своем, вот и все.

— Как начальство отнеслось к нашей задумке? — спросил, обернувшись.

— В принципе одобрило. Но сам понимаешь, план еще нужно шлифовать, продумать все как следует.

Бушмин покачал головой. Выходит, он не просто должен ходить по краю пропасти, но еще и тщательно продумать, как ему половчее грохнуться на самое дно.

— Ты сам виноват, Андрей.

— В чем? В чем я виноват?

— Тем, что классный спец, хотя хвалить в данной ситуации... гм... непедагогично. Тем, что фартовый мужик — тьфу-тьфу, чтобы не сглазить! Короче, командующий уперся, и все тут: один «Город» не управится, привлекай десантников и вызывай в Грозный группу «Терек». Вот такие дела...