На это молодой папаша сказал:

– А я-то как тебя люблю… – И поцеловал ее.

Камилло, раскаявшийся разбойник, продолжал свое отрывистое повествование с рефреном «Иисус любит тебя». Он поведал о том, как привел к падре всю свою банду.

Камилло оборвал рассказ финальным выкриком: «Поверь и ты, что Иисус любит тебя!», после чего улыбнулся неожиданно застенчивой и милой улыбкой.

Одинокая девица – та, которая сочла Камилло симпатичным, – пожала плечами и снова уткнулась в свою книгу.

Молодой человек в пиджаке оттеснил Камилло и сказал:

– А теперь мы представим вам несколько сцен, которые наглядно покажут путь души к спасению!

В динамике бодро заиграла музыка. К микрофону вышла девушка в брюках и проговорила, растерянно озираясь:

– Я – человеческая душа. Я ищу то, что мне нужно.

Почти сразу к ней подбежали прочие члены группы, в том числе и Камилло, и начали скакать и размахивать руками. Как объяснил молодой человек в пиджаке, это были всевозможные пороки, и они пытались увлечь душу.

– Некоторым из них, как блуд или курение, или пьянство… им удалось на время завладеть душой, – сказал молодой человек. Улыбка не сходила с его лица, так что было очевидно: при любом раскладе пьеса закончится хорошо.

В секундной тишине слышно было, как где-то сбоку от импровизированной сцены открывают новую банку пива. Бомжеватые личности бросили на «пороки», обступившие «душу», мимолетный недовольный взгляд, и один с брезгливым выражением на лице подобрал под себя ноги, как бы желая держаться подальше от всего этого.

Веселая стайка на краю газона как раз приступала к ритуальному поединку: две девушки забрались на загривки молодым людям, и те принялись скакать, подражая коням, а девицы размахивали руками и пытались сбросить соперницу наземь.

– Эй, не шуметь! – строго прикрикнул на молодежь какой-то человек, присевший поблизости. Он, правда, тоже был с бутылкой, но считал, что любое произведение искусства требует уважения и внимания.