— Уже не корова, но еще даже не обезьяна! — прокомментировал урок Учитель, усаживаясь в позу для медитаций, или в "лотос", — как ее называют на Земле, — и втыкая в уши наушники от МР3-плеера, к которому он пристрастился за последние два года. — А колено в переходе от "Журавля, клюющего рис" к "Свече на ветру" у тебя все равно пляшет! Я тебе его однажды отломаю…
Глава 4.
…День не задался еще затемно: влажные руки отчима, скользнувшие под одеяло и прикоснувшиеся к моему бедру, практически мгновенно вырвали меня из сна:
— Убери руки, скотина! Ща как дам по голове! — зашипела я, нащупывая правой рукой скалку, как обычно, спрятанную с вечера под подушку.
— Ну чо ты, чо ты сразу за деревяшку хватаешься! — загундосило пьяное слюнявое создание с мокрым пятном на той тряпке, которую он называл рубашкой… — Я просто решил подоткнуть тебе одеяльце! Чтобы ты не замерзла, радость моя!
— Не входи ко мне никогда, сколько можно повторять? — рявкнула я и закусила губу: судя по звукам в соседней комнате, проснулась мама. Отпихнув отчима ногой в противоположный угол, я, было, повернулась спиной к двери и изобразила здоровый сон, но не тут-то было:
— Ну, что, шалава, опять тебе неймется? — от ее крика, как мне показалось, проснулся весь район. — Вырастила на свою голову! У родной матери мужика отбивает, потаскуха!!!
…Стараясь не слушать то, что несла мать, и стоически выдерживая сальные взгляды отчима, не отрывающегося от процесса моего одевания, я наскоро оделась, схватила сумку с учебниками и вынеслась на улицу, на ходу поправляя на себе одежду.