- Да, я слышал об этих их дурацких правилах. Никогда не понимал логики, но, видимо, считаться с этим придется… - кивнул Бруг и, удостоверившись, что последний Брат покинул поляну, пригласил Отвертку в карету: - Поехали… Их переправят в Милхин без нашего участия… А мы пока поужинаем и подумаем, как и когда надо начинать…

Тяжелее всего оказалось пережить последние сутки перед Большим Исходом: все задействованные в будущем деле Братья уже сидели по заранее подготовленным схронам, получив необходимые указания и оружие. Старшие групп, зазубрив последовательность действий, метались по городу, контролируя поведение вверенных им отрядов и стараясь не допустить среди них пьянства и курения зелени. Сам Нос, коротающий время в компании главы Гошшарского братства, практически не отрывал взгляда от окна, дергаясь при появлении каждого патруля. Однако успокоить нервы при помощи вина не получалось - Оман Лади, высказав мнение, что спиртное может здорово навредить Делу, ограничивался обычной водой и фруктами, а падать в его глазах Бругу отчего-то не хотелось…

…Черепашка, попрошайка, работающий на площади Большого Исхода уже лет двадцать и для каждого коренного горожанина давно превратившийся в ее неотъемлемую часть приковылял в особняк Бруга ближе к концу часа серого петуха и срывающимся голосом сообщил:

- Над плитой Возмездия появились какие-то огоньки!

- Когда? - чувствуя, как по его спине потек холодный пот, спросил Наир.

- Где-то час назад… Только вот выбраться с площади сразу мне не удалось - там сейчас половина городской стражи, какие-то типы в серых мантиях и, как мне показалось, даже сам начальник городской стражи.

- Начинается… - усмехнулся Отвертка. - Клеть уже собирают?

- Ага… Солдаты таскают решетки, счищают с них ржавчину, матерятся, получают зуботычины… - подобострастно хихикнул Черепашка.