Айсберг поморщился.

— Никого я не побеждал.

— Она до сих пор жива?

— Думаю, да, — ответил Айсберг. — Я не могу представить, чтобы кто-то мог ее убить.

— У тебя не возникает мысли, что за всем происходящим стоит она?

— Ни на одно мгновение.

— Но почему?

— Потому, что, если бы за этим стояла она, я уже давно был бы мертв, — ответил Айсберг с неколебимой уверенностью в голосе.

— Ты сталкивался с ней раньше и до сих пор жив, — упорствовал человек в черном.

— Забудь про нее, — оборвал Айсберг. — Она не имеет к этому никакого отношения.

— Ты уверен?

— Я для нее столь же ничтожен, как для тебя какая-нибудь песчинка, когда ты находишься посреди бескрайней пустыни. — Он помолчал. — Если она до сих пор жива, то наверняка у нее есть дела поважней.

— Что за дела?

— Черт возьми, надеюсь, что никогда не узнаю этого, — ответил Айсберг серьезно. — Ладно, пойдем посмотрим на тело.

Они направились к его кабинету. Оказалось, что труп уже лежит на широком деревянном столе.

Человек в черном тщательно исследовал пальцы мертвеца.

— Отпечатков нет, — объявил он. — Этот искусственный палец изготовлен чертовски здорово. Я бы ни за что не догадался. — Он перевел взгляд на лицо мертвого человека и спросил: — Офтальмоскоп есть?

— Переносная модель, он в среднем ящике стола, — ответил Айсберг, осматривая тело в поисках каких-нибудь шрамов или других характерных отметин. — Но он не подключен к компьютеру.

Человек в черном сходил к столу и вернулся с прибором в руках.

— У меня предчувствие, что в компьютерных базах данных ничего на этого парня нет, хотя давайте посмотрим.

Он ненадолго прильнул к окулярам, потом отложил прибор в сторону.

— Да, видны рубцы. Ставлю пять против десяти, что ретинограмма нигде не зарегистрирована.

— Все его оружие без номеров, — отметил Айсберг. — Странно. Здесь, на Внутренней Границе, большинство наемных убийц выбирает себе цветистые имена и обожает хвастаться своими достижениями. Но этот уже четвертый, у которого нет ни имени, ни каких-либо документов, ни репутации.