Нэнси же, напротив, все приписывала своему положению единственного ребенка в семье, удивительной щедрости и вниманию, которые проявили к ней приемные родители, их стремлению дать ей хорошее образование и постоянной поддержке всех ее начинаний и устремлений. Она почти никогда не задумывалась о наследственности. Уверенная в неизменной любви и привязанности к ней двух добрейших людей, Нэнси попросту не видела смысла в пустых фантазиях о женщине, когда-то бросившей ее на произвол судьбы. Кем бы она ни была, то, что произошло с ней, тысячи и тысячи раз происходило с женщинами раньше и будет происходить и впредь. Случайная беременность… Нежеланный ребенок… В жизни ее не было места для такой матери.

Или, точнее, не было бы, если бы не настойчивый поверенный, отыскавший Нэнси у Смитов в Херефорде через агентство по усыновлениям. Не получив ответа на несколько писем, он лично отправился к Смитам, и судьбе было угодно, чтобы, постучавшись в дверь фермы, он обнаружил Нэнси дома. В тот день она как раз приехала навестить своих приемных родителей.

Мать убедила Нэнси побеседовать с поверенным. Она нашла дочь на конюшне, где Нэнси счищала грязь с боков мерина по кличке Красный Дракон. Реакция лошади на известие о присутствии на ферме поверенного — презрительное фырканье — до такой степени напомнила реакцию самой Нэнси, что девушка даже одобрительно поцеловала Дракона в морду. У него очень тонкое чутье, сказала она приемной матери. Красный кого хочешь учует на расстоянии тысячи шагов. Итак? Мистер Анкертон сообщил, что ему нужно, или все еще продолжает прятаться за туманными намеками?

Его письма представляли собой шедевры юридического плетения словес. При поверхностном их прочтении могло сложиться впечатление, что речь идет о наследстве: «Нэнси Смит, родившаяся 23.05.73… нечто, что может служить вашей выгоде…» Но в некоторых местах: «…по рекомендации семьи Локайер-Фокс… вопросы, имеющие к этому непосредственное отношение… пожалуйста, подтвердите дату вашего рождения…» Между строк можно было прочесть намек на попытку ее настоящей матери пойти на сближение с давно потерянной дочерью в обход законодательства об удочерении.