Что это? Любопытство? Мода? Интеллектуальный продавец нашел интеллектуального покупателя? Непостижимая загадка века?

Право, не знаю.

Библию, потрепанные, замусоленные церковные календари купили такие наши «студенты», могущество которых в науке превыше любых сил небесных.

Смешно говорить.

— Разве те ученые, — мягко сказал мой собеседник, — ученые, которые сумели первыми расколоть атом, не служили накануне молебен господу? Или вы не признаете за ними право называть себя учеными?

— Не буду врать, — сказал я, — просто не понимаю, как могло такое случиться. Не могу понять и не умею. Физика и потусторонние силы. По-моему, нелепо до крайности. Очень хотелось бы передать вам это ощущение нелепости, которое вызывает во мне такое сочетание… Физик с нательным крестом… Пфа.

— Попробуйте, сын мой, попробуйте…

Он говорил с паузами, потому, наверное, что машина была не так удобна для беседы, как церковная кафедра.

Попробую, подумал я, сбавляя скорость. Уж если ты втянул меня в божественный диспут.

— Представьте себе, что кто-то хочет убедить вас в абсолютной, как у нас говорят, нуль-нелепости. Вы знаете, не колеблясь, как это нелепо, но вас убеждают, — начал я решительным, этаким жестким тоном. — Воздвигнут, например, некие люди высокий дом, назовут храмом, не в обиду будь сказано, и каждый день станут собираться в нем… — Я замолчал, подбирая нужные слова, дорога все-таки меня отвлекала. — Ну и при свечах, при всем, что положено, в экстазе будут петь как молитву песенку. Шлягер какую-нибудь… «Жи-ил-был у бабушки сереньквй козлик…» И все для того, чтобы легче стало жить.

Он слушал, медленно кивая в такт нашему движению по ровной широкой дороге.

— Никому не поможет песенка, ничего никогда не изменит, ничего на земле не исправит. А люди повторяют и повторяют… А как же? У них вера… Никчемно и бесполезно…