Женился он рано, но в семейной жизни ему не повезло — жена, вышедшая замуж, как ей казалось, за перспективного журналиста, быстро убедилась в том, что со Львом ничего, кроме неприятностей, не наживешь, а мечты о зарубежных вояжах так и останутся мечтами, и ушла от него, не прожив совместно и трех лет. После этого Лева женщин сторонился, подружки у него были редки и недолговечны, узнав Льва поближе, они расставались с ним без особых сожалений, тем более что делить им с ним было нечего. А женщины в свою очередь Леву избегали, оттого у него всегда были такие страдальческие и красивые глаза. Работа составляла основу жизни Крикунова. После того как Союз распался и коммунистическая партия приказала всем остальным долго жить, Лев с воодушевлением бросился устанавливать в печати демократические принципы, но очень быстро понял, что эра свободного кваканья завершила свое существование в младенческом возрасте. Даже не успев окрепнуть. В конце концов, кто платит за девочку, тот ее и танцует. Крикунов почти год проработал в небезызвестном «Колоколе», славном своими антисемитскими высказываниями и настроениями, но и там демократия и свободы были относительными — ими можно было пользоваться лишь в тех случаях, если надо было сказать что-нибудь неодобрительное или шельмующее о богоизбранном народе. Далее любого свободомыслящего журналиста окружало столько запретов, что выжить можно было, лишь смирившись с ними или сменив убеждения. Жить с фигой в кармане тяжело, всегда так и тянет ее кому-то показать. Однажды Крикунов пришел в редакцию в похмельном состоянии, повздорил с главным редактором газеты Терентьевым, бывшим одновременно главным антисемитом и десионистом России, и показал ему то, что так долго прятал в кармане. Реакцию главного редактора предугадать было нетрудно — в тот же день демократический журналист Лев Крикунов стал действительно свободным.

Странное дело, потеряв работу, Лев стал зарабатывать больше. К тому времени появилось много газет и журнальчиков, которые сделали ставку на скандальные слухи и подробности кровавых побоищ. Слава богу, побоищ хватало, а скандальные слухи при некоторой сноровке и умении обращаться с фактами надлежащим образом можно было выдумывать самому.