– Да, идея и в самом деле неплохая! – И доктор ослабил узел туго завязанного галстука. Когда они втроем плотно поели, выпили по бокалу какого-то очень приятного и очень освежающего напитка, доктор спросил: – А, что, госпожа Останцони, вы тоже присоединитесь к нашему вояжу?

– Нет-нет, избави Бог! – ответила она. – У меня обычно в таких полетах немного кружится голова. Это когда я летаю в пределах галактики. А тут такой риск, новая галактика, абсолютно неизвестная! Кто знает, что там может случиться? Мой муж хотя и Бог, но у него постоянная привычка что-то недоделывать.

Он, знаете, всю жизнь был, я бы сказала, немного сюрреалистом, немного эстетом, немного импрессионистом. Вот послушайте: Утро туманное, Холод с окна, Брызги луны на разбитое сердце. Как же ты, матушка, все же права! Как же прекрасна сия голова! Правда, трогательно? Это он мне посвятил к десятой годовщине нашей свадьбы. И она продолжила: – Он всегда был немного растяпой, немного волшебником, сочиняющим сказку жизни.

– Да придурком он был всю жизнь, наш господин Останцони! – произнесла решительно и зло откуда-то взявшаяся гостья, ужасно похожая на госпожу Останцони. – Ему надо было стать гангстером или бизнесменом. Романтично и почетно!

– Да оставь нас в покое, милочка, – чуть с легкой укоризной ответила г. Останцони.

– Это ваша сестра? – поинтересовался доктор.

– Она удивительно похожа на вас! И, чуть привстав, он представился: – Доктор, профессор, член академии…. Договорить ему дама не дала. – Ах, оставьте свое мозгопутство! Тут вам на уши лапшу вешают, а вы рады стараться, все это жрете!

– Прекрати! – попыталась остановить ее г. Останцони.

– Да как я могу прекратить, если мне стыдно смотреть на то, как вы все тут живете? – Сейчас я позову господина Останцони. И ты, милочка, вмиг угомонишься! – пообещала госпожа Останцони.

– Только не это! Я его терпеть не могу. – Вы, наверное, догадались, доктор, что эта зловредная во всех отношениях особа – я сама. Доктор понял только, что у него начала как-то совсем ненавязчиво подъезжать крыша. В это время вошел г. Останцони. От него исходило сияние, нимб вокруг его головы заполнил всю комнату благодатным светом. Госпожа Останцони-2 исчезла в ту же минуту. Но появился еще и другой г. Останцони.