Озма, конечно, при этом сильно рассердится. Значит, необходимо придумать веское оправдание. Да и вообще, многое еще может случиться до дня Страшного суда.

Озма быстро заснула, а он еще некоторое время лежал с закрытыми глазами, перед которыми стояло лицо Ариэль. Совет иммеров отклонил его запрос о возможности посвящения Озмы. Он этого и ожидал, надеясь, правда, что аналогичная просьба в отношении Ариэль будет удовлетворена. Дочь иммеров, она неизменно проявляла интеллигентность, легко адаптировалась и имела все основания на право приобщения к иммерам. Существовало, правда, одно… в некоторых вопросах она демонстрировала определенную психическую неустойчивость. По этой причине Совет мог и отклонить ее просьбу. Джеф никогда не ставил под сомнение тот факт, что Совет должен проявлять большую осторожность. Но сейчас Джефа мучила душевная боль.

Иногда он искренне желал, чтобы Джильберт Чинг Иммерман не изобретал своего эликсира, или химической смеси, или, как уж это назвать по-научному, того, что замедляет старение человека. Он жалел также и о том, что Иммерман — раз уж он много обвеков тому назад открыл свой эликсир и теперь с этим поделать ничего нельзя — не сделал его достоянием общественности. Но Иммерман после долгих и мучительных раздумий все-таки посчитал, что его изобретение не способно принести добро человечеству в целом.

В результате получилось так, что общество стоунеров устранило многие поколения, которые могли появиться на свет, если бы сами стоунеры не были бы изобретены. Для достижения физиологически полноценного двадцатилетнего возраста человеку необходимо было провести на земле сто сорок облет. Таким образом, каждые сто сорок лет терялось шесть поколений. Кто мог точно сказать, сколько гениев и святых, не говоря уж об обычных людях, не появились на свет после перехода на новую систему? Кто знает наверняка, сколько возможностей упустило человечество на пути прогресса науки, искусства и политического устройства?