– А по мне какая разница, био или не био.

– Разница большая. Биотатуировка делается хной.

А хна, сами понимаете, краска нестойкая. Мы же дела, ли не повседневную прическу, которая может держаться около двух месяцев, а нарядную, дополненную блестками. Если вы хотели, чтобы все это держалось подольше, нужно было сделать пирсинг. Но это стоит дороже.

– У меня нет проблем с деньгами. У меня есть проблема с сексуальной фантазией моего мужа.

Клиентка тяжело вздохнула и принялась одеваться.

Одеваясь, она кидала в мою сторону заинтересованные взгляды и, по всей вероятности, усиленно о чем-то думала.

– А вам ваша работа нравится? – как-то ехидно спросила она.

– Нравится, – произнесла я голосом, полным вызова. – А в чем, собственно, дело?

– Просто работенка у вас какая-то странная…

– Не вижу ничего странного.

– Я совсем не хотела вас обидеть, – смутилась клиентка, уловив мое нарастающее недовольство. – Ваша работа очень редкая, только и всего.

– Если она редкая, то это не означает, что она непристойная и даже запретная. В нашем салоне от клиентов отбоя нет. «Бикини дизайн» уже вовсю развивается в России, а это значит, что появляются все новые и новые стилисты интимных причесок и специалисты медицинского пирсинга… Правда, в этом ремесле еще не так много квалифицированных мастеров.

– А вы хорошо зарабатываете? – никак не унималась клиентка.

– Не жалуюсь, – резко ответила я и дала понять, что разговор окончен.

Неожиданно девушка села на стул и судорожно всхлипнула. Я посмотрела на нее перепуганным взглядом и вытянулась вдоль стены, как стойкий оловянный солдатик.

– Что с вами?

– Простите. Это просто нервы. Проклятые нервы.

Дело в том, что в последнее время они очень сильно сдают. Я перестаю себя контролировать.

Почувствовав какое-то замешательство, я взяла марлевый тампон и протянула своей клиентке.

– У вас потекла штукатурка. И довольно сильно.