А внизу, похоже, dust devils, пылевые смерчи – крайне неприятная штука: а, казалось бы, всего небольшие разницы в температурах воздуха – и нате-пожалуйста! – широкие зоны сильных завихрений. Турбулентность. А в итоге – коллапсированию купола. Остаётся надеяться, что, как обычно, ничего не поправимого не произойдёт.

Есть! – асфальт мягко встречает амортизаторы подошв. На ходу Акира активирует опцию «укладка» – и купол мгновенно втягивается в модный в этом сезоне «Reactor», ранец на липучке с защищенным от потока верхним клапаном. Да-да, купол прячется в ранец! – а нечего расшвыриваться личными вещами в зоне приземления! – спешащие на работу скайдайверы запросто могут натоптать и наследить, и будут правы.

Пару шагов – и вот они, жёлтые ворота, расписанные драконами.

За воротами – брусчатка, ведущая к храмовой пагоде, и джунгли, гордо именуемые парком. Правда, прогуливаться по редким тропинкам, окружённым пальмами и густым подлеском, могут только послушники – прихожанам не рекомендуется отдалятся от чётко намеченного пути: в парке водятся священные тигры, а когти у амурских зверушек, не смотря на религиозную принадлежность, очень даже реальные и острые. Кстати, растения здесь зеленеют и цветут круглый год, здесь никогда не бывает снега и мороза – микроклимат поддерживается исключительно магией адептов-служителей.

На площадке перед пагодой – две мраморные статуи: Будда на лошади и Христос, поправляющий сползший на нос терновый венец.

Акира входит в храм, под ногами скользкая керамическая плитка. Впереди – просторный зал с колоннами, украшенными вьетнамскими орнаментами, хоры и алтарь в форме звёздного глобуса.

Тихо – шёпот? – играет спокойная музыка, звучит что-то очень классическое. На стенах образа Виктора Гюго, Сунь Ятсена и Льва Толстого.

Минут сорок – больше? – Акира неприлично жадно рассматривает старинную христианскую икону. Долго вглядывается. Чем-то феникса притягивает композиция – и объятый пламенем куст, и Богоматерь с Младенцем в руках, и вообще…