Дедуля у нас старейший и иногда вставляет в разговор какие-то допотопные словечки. Наверное, жаргон, к которому привыкнешь в юности, прилипает на всю жизнь. Одного у дедули не отнимешь: ругается он лучше всех, кого мне довелось послушать.

- Ерунда, - сказал я. - Я ведь хотел как лучше!

- Так он еще речет супротив, паршивый неслух! - возмутился дедуля. Во всем виноват ты, ты и твоя родительница. Это вы пресечению рода Хейли споспешествовали. Когда б не вы, ученый бы сюда и не пожаловал.

- Он прохвессор, - сообщил я. - Звать его Томас Гэлбрейт.

- Знаю. Я прочитал его мысли через мозг крошки Сэма. Опасный человек. Все мудрецы опасны. Кроме разве Роджера Бэкона, да и того мне пришлось подкупить, дабы... Не важно. Роджер был незаурядный человек. Внимайте же: никто из вас да не едет в Нью-Йорк. Стоит нам только покинуть сию тихую заводь, стоит кому-то нами заинтересоваться - и мы пропали. Вся их волчья стая вцепится и разорвет нас в клочья. А твои безрассудные полеты, Лестер, помогут тебе как мертвому припарки - ты внемлешь?

- Но что же нам делать? - спросила мамуля.

- Да чего там, - сказал папуля. - Я этого прохвессора угомоню. Спущу в цистерну, и дело с концом.

- И испортишь воду? - взвилась мамуля. - Попробуй только!

- Что за порочное племя вышло из моих чресел? - сказал дедуля, рассвирепев окончательно. - Ужли не обещали вы шерифу, что убийства прекратятся... хотя бы на ближайшее время? Ужли и слово Хогбена - ничто? Две святыни пронесли мы сквозь века - нашу тайну и честь Хогбенов! Посмейте только умертвить этого Гэлбрейта - вы мне ответите!

Мы все побледнели. Крошка Сэм опять проснулся и захныкал.

- Что же теперь делать? - спросил дядя Лес.

- Наша великая тайна должна остаться нерушимой, - сказал дедуля. Поступайте как знаете, только без убийств. Я тоже обмозгую сию головоломку.