Затем был открыт темный ободок, как бы обруч, стягивающий экватор. Один английский астроном обнаружил, что на этом ободке заметна радиоактивность. Может быть, здесь находились особенные радиоактивные вулканы?

За исключением этого ободка и пятнышка, все остальное было ярко-белым. Работая с цветными фильтрами, Трегубов пришел к выводу, что Немезида отражает свет примерно так же, как снежное поле. Снег?! Если там есть снег, значит были водяные пары, была когда-то и атмосфера?! Куда же делся воздух? "Видимо, он замерз, - решил Трегубов, - и вся планета покрыта слоем твердого воздуха. Но сейчас она приближается к Солнцу, прогревается, воздух скоро начнет испаряться".

Вскоре пришло подтверждение. В начале мая в спектре Немезиды были обнаружены линии кислорода. И снова загадка: откуда взялся кислород? На Земле кислород - результат жизнедеятельности растений. Но какие же растения могли быть на Немезиде, вдалеке от Солнца, при морозе ниже 200 градусов?

Немезиду изучала и Антонина Николаевна Трегубова, но с другой точки зрения. Никаких догадок, никаких рассуждений. Ее интересовали исключительно цифры, точные и безупречные. Она высчитала путь Немезиды и теперь с нетерпением ожидала ее прохождения мимо Юпитера. "Как изменит Юпитер орбиту Немезиды?" - вот что волновало Трегубову.

Событие это произошло 9 мая. Немезида опередила Юпитер. Проскочила перед этим гигантом, как юркий миноносец перед носом у линкора. Расстояние между ними было более 40 миллионов километров, как от Земли до Венеры, но могучий Юпитер все же искривил орбиту Немезиды, и даже больше, чем ожидалось. Теперь с достаточной точностью можно было определить весь дальнейший путь. И это было сделано через два дня. Международная расчетная комиссия опубликовала сообщение Трегубовой. По ее подсчетам, Немезида должна была миновать Землю на безопасном расстоянии - около 2 миллионов 800 тысяч километров.

Мир вздохнул с облегчением. Но прошло еще несколько дней, и Немезида преподнесла новый сюрприз.