Я пришел в ужас.

- Оружие? Но, господин министр, вы, видно, забыли: сейчас 1914 год, цивилизованные нации давно не воюют. Оставьте военные распри жителям Балкан и бурам. В век науки и прогресса сама мысль о войне смехотворна. Император Франц Иосиф держит армию лишь как допотопную реликвию.

- Друг мой, вы совершенно не разбираетесь в политике. Министр, казалось, и не думал обижаться. - Обстановка в мире крайне напряжена. Ухудшаются отношения с Россией, и как раз из-за Балкан. Сербы возомнили, будто им уготовано создать мощное государство и объединить в нем южных славян. Они нуждаются в выходе к морю, и, следовательно, наша Далмация находится под угрозой. Разумеется, претензии их мы уже отвергали, когда встал вопрос об албанской границе и произошел скадарский инцидент. Но если "Черная рука" - так именуют себя сербские националисты - опять выступит с подобными требованиями, то Австрия молчать не будет. Мы им покажем, кто хозяин на Балканах. И тут нас поддержит Германия - у немцев свои счеты с Францией и Англией. Пора навести порядок с африканскими колониями. Германии уже мало остатков португальских владений, обещанных англичанами, ей не дают покоя мосульская нефть и Шатт-эльараб. Мировой конфликт неизбежен, в войну будут вовлечены миллионы.

- Из-за Скадара или Шатт-эль-араба? - Рассуждения министра казались мне странными, ведь я был далек от политики.

- Речь идет о государственных интересах, - многозначительно произнес министр.

Перед моим мысленным взором возникла картина: миллионы солдат корчатся в судорогах. И я содрогнулся.

- Хотите воевать - ваше дело. Оружие у вас есть. - (Министр явился при полном параде, разукрашенный золотом и серебром, на поясе у него висела короткая шпага.) - Этнакронит все равно для вас непригоден - им с одинаковым успехом отравятся и солдаты, и мирные жители.

- На нынешней войне не будет разницы между военными и гражданскими лицами, - сказал министр.