В первый визит я лишь присмотрелся. Коль вернулся, выходит, что-то привело. Не сочти за банальный треп. Я тяжелый человек, туго общаюсь с чужими, друзей очень мало, потому что часто подводили, устраивали кидняк. Я и теперь кое кому не могу простить подлость. К примеру, Колька! Редкая сволочь! Поймаю — в руках задавлю! И не только он, имеются и другие. От того людям не верю. Они напоминают свору дворняг, дерущихся за кость. Но ведь и ею не насытятся на всю жизнь, зато ближнему горло порвут, лишат жизни, чтоб свою паскудную судьбину на минуту продлить. А кому она нужна, его жизнь? Может, подвигом было б оборвать ее раньше?

— Мне к чему все это? — удивилась девка.

— Сам не знаю! Понравилась ты мне, да и все на том. Нет, я не влюблен, было бы нелепо говорить лишнее, но душа к тебе потянулась — видно, от того, что в одиночестве устала жить.

— А семья, дети? Разве их нет?

— Выпьем за тех, кто не дождался! — улыбнулся грустно и поднял бокал шампанского.

— Разве за таких пьют? — изумилась Лелька.

— От того, что не дождались, не перестали быть родными. Такого только смерть лишает, но не разлуки и расстоянья.

— Вы простили?

— Я забыл. Это хуже! Когда вспоминаю, даже себе перестаю верить. — Выпил и, придвинувшись к Лельке, спросил: — А что умеет мадам, помимо развлечений?

— Веселиться красиво тоже не все могут!

— А в перспективе?

— Я о том пока не думаю. Время не пришло, — слукавила Лелька.

— Жаль. Ты мне показалась умнее и серьезнее.

— И что тогда предложили б?

— Смотря до чего договорились бы. Я свои условия предложил бы, ты — свои возражения и поправки.

— А какие предложения? Будет ли смысл над ними думать? — хихикала Лелька.

— У меня есть кое-какие наметки. Но так не хочется прогореть. Я говорил, меня уже обманывали мои бывшие друзья — мужчины. Может, женщины как партнеры надежнее?