- Еще больше от тебя, от Чима, от всех, кто лезет сапогом в душу.

- Чтобы не быть "сапогом", я искал связи с Чимом.

- Трюк не прошел. Иго порвал анкету.

- Мне это многое сказало. Я понял, что Чим опередил. Он тоже боялся за вас и раньше меня установил, что ваша встреча - ошибка. Не Игорь должен быть первым в твоей жизни, и не ты первой - в его... Вспомни вашу ссору, в самом начале.

- Неправда, мы не ссорились!

- Ты рыдала вот здесь и спрашивала: почему, почему он назвал тебя "вертушкой"...

- Сама виновата, на дне рождения у Кати села с Олегом.

- Правильно. Только не такой у Игоря характер, чтобы бросаться словами, он бы держал обиду в себе.

- Так что же? Думаешь, Чим?

- Без сомнения. Он уже начал мешать, расстраивать ваши отношения, но не успел или поторопился. Игорь догадался, чего добивается Чим, и взбунтовался. Между ними пробежала кошка. Игорь умолчал об анкете, он стал скрытен. В этом его несчастье, он повел двойную жизнь, раздвоился.

- И ты это знал?

- Ты сама заметила, что у них не так, как у нас.

- Вы убили его!

- Он оступился.

Между блоками дома, на уровне семнадцатого этажа, строители протянули стальную балку - зачем-то им это было нужно. Одним концом балка проходила в оконный проем, и мы, когда становилось жарко, навешивали на ржавый брус куртки и джемперы. Другой конец лежал на карнизе балкона противоположного блока - это метров двадцать от нас... Наш блок еще достраивался, мы убирали в квартирах строительный мусор, а тот, что напротив, был готов, стекла его окон поблескивали новизной.

Нас пригоняли из школы после уроков, уже к вечеру, чтобы не мешали строителям, которых мы и в глаза не видели. Проку от нашей помощи почти никакой, все это знали - мы больше аукались по этажам, чем работали, и тем не менее в конце каждой недели весь класс, как штык, был то на одной, то на другой стройплощадке. Сами мы ничего против не имели, нам даже нравилось. Мозолить глаза друг другу в классе - одно, а здесь - проявляйся как можешь, хоть колесом ходи. Мы и ходили.