Некоторое время я сидел перед пустым экраном, затем допил остывший кофе и встал. Все-таки никто из девяти... Они-то могли не посчитаться с моим запретом. А Мурад... впрочем, лучше о нем не думать, даже представить страшно на миг, что с ним...

Клецанда меня смутил. Гора родила мышь, и мышь оказалась дохлой! Если раньше я подозревал их в непонятных играх вокруг меня, Мурада и Преступления, то все это оказалось пшиком. Мемуары им нужны! Но что имел в виду мой Учитель? Я никогда не увлекался и не занимался альтернативной этикой. Да чего уж там, впервые о ней услышал только сегодня, от Клецанды. Что-то здесь не то!

Недавно я вспоминал Учителя Барсега. Странный приснился сон - будто стою в пустой комнате меж огромных зеркал, и отражения отражений образуют бесконечный коридор. Вижу перед собой не себя, а Барсега, а за ним кто-то еще, я знаю, это его Учитель, а за ним Учитель Учителя и так ряд фигур теряются в мутной глубине. Головы не поворачивая, знаю: за мной такой же бесконечный ряд. Но вот из глубины медленно и неотвратимо надвигается волна, зеркала рушатся, наконец приходит черед и Учителя Барсега - его изображение рассыпается сотнями осколков, и перед тем, как рассыпаться самому, я вижу кровавый поток, идущий сквозь пустоту разбитых зеркал. Просыпаюсь.

Дурной был сон, но вот, надо же, застрял в голове.

Я прошелся по комнатам, включил пылесборник, выключил пылесборник, вскрыл еще один ящик - он тоже оказался с видеоблоками. Разбирать их не стал, сегодня буду листать дневники.

Выложив на стол первую стопку толстых тетрадей, я некоторое время сидел над ними, ничего не делая. Никак не мог сосредоточиться. Потом решил отвлечься и вышел из дома.

Там меня ждал сюрприз. Вокруг шара-цыпленка сновали маленькие клювастые шарики, полтора десятка, не меньше. Ну, вылитая наседка с цыплятами. Шар-наседка выглядел плохо, словно из него (или из нее) воздух выпустили. А потомство возбужденно подпрыгивало, размахивая острыми клювиками, и не успел я умилиться этой картинке, как вдруг они набросились на шар-наседку...