Бежали минуты. Или, возможно, они уже прекратили свой бег, упав на пол и скорчившись там от боли в конвульсиях мутации. Что со следующей капсулой? Не пропустил ли он срок, находясь без сознания? Нет, темная брешь, вызванная большим ускорением, не отняла у него много времени. Она лишь казалась огромной. А жаль… Убив его, она совершила бы добрый поступок.

Неужели Мика будет мучить его до самой последней минуты? Неужели она настолько бесчувственна и груба? Да, она не спустит с него глаз, хотя он был ее братом – последним членом семьи, оставшимся в живых. Если бы они поменялись местами, он ухаживал бы за ней более чутко и нежно.

– Мика!

Голос Дэйвиса, внезапно зазвучавший из динамика интеркома, был наполнен отчаянием.

– Мика? Слышишь меня? Ты мне нужна.

Как только Сиро уловил тоску в тоне Дэйвиса, он ощутил в своем сердце сладкий укус надежды. И тогда он понял, что выполнит приказ Сорас Чатлейн.

– Только не говори, что не можешь оставить Сиро! – продолжил Дэйвис, как будто читал его мысли. – Пусть он немного пострадает в одиночестве. Ты мне нужна. Я здесь один.

Мика напряглась и сжала руку Сиро. В чем дело? Наверное, она интуитивно понимала, в каком положении находился ее брат – вернее, какую опасность он собой представлял. Однако теперь им грозило и нечто другое. Это было ясно по голосу Дэйвиса. Своей верностью Мика загнала себя в ловушку. Она хотела остаться с братом, чтобы защитить Морн и остальных. Но им срочно требовалась ее помощь.

Сиро знал, как она поступит. Голос Дэйвиса подстегивал ее, как бич.

– Вектор? Вектор, прошу тебя, отзовись. Я не успеваю следить за приборами. Мне нужен помощник. Если кто-нибудь из вас не придет, мы погибнем.

Мика приподнялась на локте и сердито посмотрела на брата. Судя по тому, как она хмурилась, ее разрывали противоречивые сомнения. Сиро попытался рассеять опасения сестры.

– Тебе надо идти.

От напряжения в горле его голос звучал как тревожное карканье.