Никто не знал о том, сколько специального оборудования для слежения за кораблями и сканирования космоса имеется на борту его обшарпанного, ржавого грузовика. Со всеми теми месторождениями, которые, как ему приписывалось, он захватил, всей рудой, которую он отнял, и кораблями, которые ограбил, его финансовые ресурсы должны были быть просто невообразимыми. Без всякого сомнения, он мог позволить себе такие устройства, по поводу которых даже такой сорвиголова, как Ник Саккорсо, мог только лишь истекать слюной. Все знали о том, что Ангус на себя денег практически не тратит. Любой, кто хоть раз присел на минутку рядом с ним у Маллориса, мог лично убедиться в том, что Фермопил не менял своего комбинезона со времен изобретения прыжкового двигателя. Он никогда не покупал дорогих напитков и не выпивал более двух-трех порций дешевых за один раз. И никогда не покупал дорогих женщин. Что же касается его корабля, которому он дал чудное, насмешливое, но наводящее на некоторые размышления имя – «Смертельная Красотка», то внутри него никто никогда не был. Внешний облик посудины Ангуса, обшивка, порталы и антенны грузовика выглядели так, будто побывали в метеоритном потоке, а после этого корродировали еще лет десять. Фактически, единственной косметической процедурой, которую он выполнял регулярно и с заметным рвением, было восстановление названия корабля, выведенного черным готическим шрифтом на обеих сторонах командного модуля.

Что он делал со своими деньгами? Наиболее вероятно, вкладывал их в свое «дело», закупая различные типы чувствительных вакуум-анализаторов, сенсоров и вьюеров максимального радиуса действия, электронных устройств, о которых пилоты, посещающие Станцию, знали только понаслышке. Такой тип оборудования без сомнения мог позволить ему следить за кораблем Хайландов так, что это не вызвало подозрения ни у них, ни у полиции Объединенных Компаний.

Но один аспект этого дела так и остался неясным.