Позади них из большого куста терновника невидимая рука целилась камнем в бок пегой лошади. Камень нашел свою цель, и старая кляча заржала от боли. Она потянула тяжелую телегу вверх по склону и вскоре исчезла за гребнем холма, при этом странная машина в телеге опасно накренилась.

Страшный человек смотрел то на Питера, то на убегавшую скотину, не зная, что делать. Потом он вскочил и бросился за лошадью. Он бежал на удивление красиво и быстро. Питер догадался, что, несмотря на изуродованное лицо, это совсем молодой человек. Он остановился на вершине холма и крикнул так громко, что его голос эхом разнесся по всей долине:

– У меня есть дела поважнее. Найди меня в таверне «Черный лев» в Ковент-Гардене, если хочешь еще раз увидеть свою адскую машину, но если в тебе есть хоть капля разума, не являйся с пустыми руками. Спроси Синекожего, хотя многие называют меня Дегтярник.

Дегтярник скрылся из виду, а Питер все прислушивался к отдаленному громыханию телеги, которое становилось все тише и тише. Голова мальчика упала обратно в заросли лютиков. Его тошнило, в голове стучала невыносимая боль, он чувствовал, что теряет сознание. Дегтярник – что это за имя? Какая адская машина? Питер смотрел на парящего над ним в бледно-голубом небе ястреба и совсем ни о чем не думал. Тело девочки все так же неподвижно лежало у него на ногах, ее рыжие волосы свисали на пыльную землю. И тут Питер выскользнул из реального мира и снова потерял сознание. В этот раз ему снилось, что он паук, сидящий на дне стакана, и каждый раз, пытаясь выбраться наружу, он соскальзывает на дно.

Когда доктор Дайер поднялся с пола и спустился в подвал, детей там уже не было. Вскоре появилась дрожавшая от страха Молли.

– Кэйт! Питер! – громко крикнул доктор Дайер. Ответом ему была жуткая тишина. Доктор Дайер интуитивно чувствовал, что произошло нечто ужасное. Он оглядел лабораторию Тима, и его опасения усилились. Исчез антигравитационный аппарат! В какой-то момент доктору Дайеру показалось, что в том месте, где он стоял, в воздухе плавает лезвие ножа. Он помотал головой и взглянул снова. Ножа не было.