
– Это наше дело, – резко оборвал Дэви. Вид бесчувственного тела Вора вывел его из себя. – Ты сюда не лезь.
– Этот парень – мое дело, – сказал Кощей. – Я не могу в него не лезть.
– Да пошел ты!.. – бросил Дэви и попытался схватить Кощея за руку.
Было три часа ночи. Воздух спертый и дурманящий, у меня раскалывалась голова от переизбытка наркотиков, никотина и кофе, так что, возможно, мне только показалось, будто рука Дэви просто прошла сквозь рукав меховой шубы Кощея. Может быть, он не рассчитал замах, может быть, Кощей увернулся. Так я подумал тогда.
Дэви выругался и затряс рукой, словно обжегся. Вор захихикал и сказал:
– Он со мной. Он мне нужен. Не лезьте к нему.
– Тебе пора приниматься за работу, – заявил Дэви.
– Я не знаю, готов ли я идти этим путем.
– Ты готов, – заверил Кощей.
Дэви пропустил их диалог мимо ушей и обратился к Вору:
– И как насчет того, чтобы просто вылавливать песни из воздуха?
Вор ответил спокойно:
– Та фигня, которую я делал до сих пор, не просто плоха. Она тривиальна. Она ничто. Я хочу зайти глубже. Я знаю, что могу зайти глубже, но там страшно. Более чем страшно.
– В тебе это есть, ты способен на великие вещи, Клинт, – сказал Кощей.
Клинт было настоящее имя Вора, Клинт Келли. Наполовину ирландец, он вырос странным и дерганым в каменном мешке Хакни, наивный гений, взявший себе псевдоним из какого-то старого фантастического романа.
Вор посмотрел на меня, посмотрел на Дэви.
– Вы не знаете, о чем простите. Дайте мне время, – попросил он.
– Мы обязаны выпустить альбом до сентября, – сказал Дэви. – Тогда начинаются очередные гастроли, а у нас до сих пор нет даже сингла.
– Может, тебе уехать на недельку отдохнуть. Погреться где-нибудь на солнышке вдали от суеты. А потом вернешься, и мы начнем, – предложил я.
Вор засмеялся.
– Ты не понимаешь. Речь идет не о контракте. Не обо всей этой рок-н-ролльной чепухе. Главное здесь, – произнес он, прижимая ладони к глазам. – Вот тут. Я хочу зайти дальше, чем заходил кто-либо до меня. Я уже на самом краю. Я это чую. Но никак не могу оттолкнуться.
