- Каляшкин! - крикнул дежурный. - Выходи!

Хорь заложил руки за спину и вышел из камеры. Тяжелая железная дверь снова захлопнулась и зазвенели многочисленные замки...

- Ну? - уставился на Виталика Зуб. - Говори...

- Что говорить-то?

- Как до жизни такой дошел? Только что из зоны и опять сюда, в камеру... Погулять надо было с полгодика, дурило...

- Не дали вот погулять, - горько усмехнулся Виталик.

- Не дали, - скривил губы Зуб. - Кто тебе, мудаку, не дал? Все виноватых ищешь? Спиздил, небось что-то по пути, и снова в доме родном...Где живешь-то? Откуда сам?

- Здешний, из Огаркова...

- Работал?

- Работал. Учителем истории в школе...

- Хорош учитель, - хмыкнул Зуб. - Хулиган ты, а не учитель... - Он вытащил из кармана спичинку и стал ковыряться в своих золотых зубах.

- Получилось так...

- Чо получилось, фраерок? Чо ты мне тут гонишь? Ох, доиграешься ты...

Виталик присел на свободные нары, вытащил пачку "Пегаса" и закурил.

- Дай и мне, что ли, мастырку, - сказал Зуб, широко зевая своим огромным ртом.

Виталик протянул ему пачку. Тот взял всю пачку, вытащил сигарету, закурил, а пачку положил к себе в карман.

- Ты что? - возмутился было Виталик.

- Как что? - сделал невинные глаза Зуб.

- Отдай сигареты. У меня больше нет...

- Какие сигареты? Я что, брал их у тебя? - привстал с места Зуб.

- Брал, - нахмурился Виталий.

- Ну, фраерок, ты даешь...Ты, вижу, гусь ещё тот... Не сдобровать тебе... Помяни мое слово...

В это время дверь снова открылась, и вошел Хорь с довольной физиономией. На тонких губах играла глумливая улыбочка.

- Вы чо такие смурные, братаны? - лыбился Хорь. Какая-то задорная идея блестела в его голубых глазенках. - Никак, не поделили что-то? Что, место у параши?

- Да он гонит, - таращил глаза Зуб. - Ты чуешь, гонит он мне... Сигареты будто я у него свистнул... Такой жучара, я и не ожидал... Он учитель, Хорь. Учитель истории... Чуешь, учитель, а гонит...