Но при всем при этом, Нараг на самом деле был очень аккуратен. Как-то Альсин был на обеде оркского отряда. И был поражен тишиной, неслышно было даже если кто из орков разгрызал кость, а когда они поднялись то в жире были лишь губы и кончики пальцев. На самом деле орки очень чистоплотный народ, только жизнь в западной степи этому не слишком способствует.

– И что за подарок ты выбрал, – наконец подал голос Альсин, чье настроение, бывшее ниже дна колодца, приподняло вино.

– Есть идея, – туманно объяснил Нараг.

Поздний обед, или ранний ужин, они закончили в тишине. Потом отправили грязную посуду и объедки вниз, и полуорк блаженно развалился на широкой кровати.

– Спать сегодня не придется, – объяснил он. – И приготовь боевые доспехи.

– Не нравиться мне это, – меланхолично произнес альв.

– Нравиться или нет, но за подарком для невесты мы пойдем вместе. А потом такой фурор! – Яростный Волк мечтательно закатил глаза. – Это будет нечто! Да невеста при виде подарка на тебя повещается не отцепишь.

– Измажет своими эльфийскими слюнями и соплями, – пробурчал Альсин. Вино уже чуть выветрилось и только усугубляло его хмурое, как у кота с поносом, настроение.

– В слюне лекарство, – наставительно заметил Нараг. – Болеть меньше будешь.

– Да ну тебя!

– Дану существа мифические, выдуманные этим менестрелем. Которого сожгли, за его балладу, воспевающую некроманта. – Альсин отвернулся, а полуорк продолжил уже для себя: – Но какие у него были красивые баллады! Как пел зараза! Зря спалили.

– Не зря, – неожиданно вернулся в пространство общения Альсин. – У него красивые были баллады, пусть даже запутанные, как гоблинская прическа. Но воспевать некрмонатов… где ты видел некроманта который загоняет зомби обратно?

Теперь альва пробило на поэтическое настроение, и он вывел нечто о могучем маге, восставшем на богов. Затем еще одна, и еще. Когда альв заканчивал третью, солнце опустилось за горизонт, а сам Альсин достаточно протрезвел.