- Они взорвали фургон, - сообщил полковник. - Значит, они еще здесь.

- Нет, - покачал головой американец. - Подложили мину или взрывчатку...

Он знал - террористы не сумасшедшие, чтобы оставаться на месте преступления. Полковник быстро заговорил по-испански в рацию: просил прислать подкрепление. Один из его людей выпустил красную сигнальную ракету, которая рассыпалась снопом искр, на миг осветив погасшие серп и молот. Ферреро вдруг выпрямился и погрозил кулаком раскинувшемуся под холмом бидонвилю.

- Грязные скоты! Мы еще доберемся до вас...

Ответом ему была лишь ночная тишина. Где-то вдалеке, за Римаком, взвыла сирена: к ним уже спешила помощь. Фургон все еще горел. Вытянув шею, Том Барнс увидел темные фигуры, копошившиеся вокруг выброшенных взрывом из машины тел: трущобные жители искали, чем поживиться. Вне себя от ярости полковник Ферреро, не целясь, выпустил по ним автоматную очередь, и мародеры разбежались.

Вой сирены приближался. Том Барнс встал с земли и бросил полковнику Ферреро:

- Взгляните-ка.

Он подвел его к трупу Питера Рамиреса и осветил фонарем то, что осталось от лица.

- Посмотрите. Выколотые глаза, вырванный язык - это методы индейцев кечуа.

Таким пыткам члены "Сендеро Луминосо" подвергали крестьян, принявших сторону правительства, тех, кого они называли "софонес" - стукачами.

Итак, операция по внедрению, которая должна была привести к "товарищу Гонсало", окончилась трагедией на этом мерзком голом холме. "Сендеро Луминосо" нанес удар со своей обычной жестокостью, недвусмысленно предупредив своих противников. Террористы снова посмеялись и над "Диркоте", и над ЦРУ. Только на этот раз жертвами их зверств пала не горстка темных крестьян из окрестностей Аякучо, а двое американских граждан.

И уж наверняка не обошлось без предательства самих перуанцев. И в "Диркоте", и в жандармерии, и даже в армии было немало сочувствующих сендеровцам; все в этой стране насквозь прогнило.