Картина не слишком достоверно изображала трех богатырей, а трупов было девять. Причем были они иссечены на куски. Прямо как в мясном магазине: мясо парное первого сорта, второго сорта, потрошки, печенки, почки. Черепа разможжены, на пол мозги тянутся, отрубленная голова валяется в салатнице, глаза вытекли, животы вспороты, кишки воняют. Одного "быка" к двери пригвоздили настоящим копьем. Видимо, пытался выбежать, но не успел.

- Копьем, понимаешь. Остальных тоже порешили колющими, режущими, острыми, тупыми предметами. Уж не мечами, топорами и палицами?.. Некультурно как-то все это выглядит, по-средневековому. А ты что думаешь? - спросил следователь прокуратуры Николай Петрович Квакин.

- Извращенцы поработали. Или из секты какой-то. - отозвался Никодимов, мучительно сознавая, насколько пусто сейчас в его голове. А ведь еще полчаса назад он хотел отличиться. Копья какие-то, мечи, палицы. Зачем все это, в наш век автоматических пистолетов с глушителями?

- Миш, ты, кстати, опять в моей следственной группе, Нагайко уже подписал приказ. - "порадовал" Квакин. - Порасскажешь мне потом про извращенцев, ладно? Да только ни сектанты, ни извращенцы не станут с кирпичевской бригадой связываться. Кому своей грязной задницы не жалко.

- А что, Николай, все убитые из кирпичевской бригады?

Квакин сделал несколько шагов по заляпанному кровью полу, коротко, но цепко заглядывая в лица убитых, попросил эксперта достать голову из салатницы, аккуратно отлепил от нее капустный лист.

- Похоже, что да. Минут десять назад мне на мобильник звоночек случился. Звонивший не представился, но сказал, что бригада отомстит и чтобы мы ей не мешали. Иначе хуже будет... Чуешь? Да и сейчас без всякого компьютера я могу тут кое-кого опознать. Тот упитанный дядечка, который к двери прибит - кличка "Слон", порученец, так сказать, специалист по связям с общественностью. Умная голова, что в салат закатилась, принадлежит Анаконде, то есть Сарычеву Сергею. Он у кирпичевцев что-то вроде пресс-секретаря.