Когда охранник вышел, прикрыв за собой дверь, Лемберт обернулся к Андрею и снова смерил его взглядом с ног до головы.

— Она может приносить удачу в делах?

— Все зависит от того, к чему у нее есть предрасположенность. Вероятно, эти изначальные способности поддаются дрессуре, но я еще не успел…

— Если она не поможет мне в моем бизнесе, я вам ее верну, — пообещал Лемберт. — И это будет наша последняя встреча. Я не намерен тратить время на всяких шарлатанов…

Он осекся и посмотрел на птицу. Та склонила голову набок и принялась чистить перышки.

— У вас осталось две минуты. Может быть, вы все-таки сообщите мне о цели вашего визита? Хотя бы ради приличия?

Андрей извлек из кармана серебристый футлярчик и осторожно положил на столешницу.

— Информация здесь, на флэшке. Коротко говоря, я предлагаю заняться разведением Синих птиц в промышленных масштабах. К счастью, при соблюдении определенных условий они быстро размножаются в неволе…

— Зачем? Какой смысл в том, чтобы разводить попугаев, пусть даже и синих?

Андрей улыбнулся. Ради этого вопроса он и шел на встречу с Лембертом.

— Как вы полагаете, сколько может стоить удача? Не иллюзорная, зависящая от игры случая или расположения звезд, а самая настоящая, стабильная, гарантированная удача? Синие птицы могут продаваться по цене «Мерседеса», и их все равно будут покупать. Затраты на оборудование и персонал минимальны, по сути, речь идет об обыкновенной птицефабрике. А вот рентабельность такого производства будет на несколько порядков выше…

— Хватит, — оборвал его Лемберт. — Не нужно говорить о том, в чем вы не разбираетесь.

Он отвернулся от Царегородцева и подошел к большому панорамному окну, из которого открывался прекрасный вид на город.

— Через две недели состоится тендер по одному крайне выгодному контракту. Проводиться он будет, скажем так, не вполне честно. Шансов у нашей компании почти нет, и все это понимают. Мы участвуем в тендере в основном для поддержания реноме. Вопрос: ваша птица может помочь нам получить этот контракт?