По пути к Вашингтон-парку я присел на лавочку и стал смотреть, как какой-то старый пень кормит голубей хлебными крошками из пакета. Когда две толстые птицы вспорхнули ему на ладонь, он бросил на меня гордый взгляд. Потом я решил доехать на автобусе до большого универмага и купить себе носки и пару рубашек. Я сошел на Пятьдесят седьмой улице и направился в "Мейсиз", но универмаг был ещё закрыт.Тогда я купил себе стакан кофе со льдом и попробовал выкурить сигарету.

Дым попал в желудок, и меня одолела страшная отрыжка. Я купил алказельцер и мятные таблетки. О магазине я и думать забыл.

Позвонив в офис Арту Дюпре, я нарвался на его секретаршу, сообщившую, что его нет на месте. Тогда я отыскал в телефонной книге его домашний номер. Он снял трубку со словами: "Дюпре слушает".

- Доктор, у меня беда, - пропищал я девчачьим голосишком.

- Кто это?

- Ох, доктор, у меня ужасная беда! Я не замужем, и аптекарь сказал, что вы все сделаете.

- Кто это? Какой врач вам нужен?

- Ах, так вы врач? А мне нужен сержант Дюпре! - сказал я нормальным голосом.

- Марти Бонд со своими идиотскии шуточками! Как дела, старина?

- Арт, я то ли отравился, то ли ещё что. У меня кишки крутит и желудок разрываются. Ты можешь меня осмотреть сейчас?

- Конечно. В одиннадцать сможешь?

- Да.

- А какие симптомы, Арт? Рвота есть?

- Нет. Но позывы есть. И расстройство желудка. Я протяну кое-как до одиннадцати - вопрос в том, буду ли я жить потом?

- Вопрос неглупый. Сбылась мечта призывника - его ротный наконец-то обратился к нему за помощью. Ну, увидимся в одиннадцать, а до тех пор не пей ни холодного, ни горячительного.

- Понял.

У меня в запасе было ещё два часа, и я поехал на автобусе в центр. Солнце - ещё один мой мучитель - стояло уже высоко. Я снял пиджак и подумал, не сгонять ли мне на Кони-Айленд или на пляж. Но я ничего не хотел - только с нетерпением ждал визита к Арту. Он был врачом в моей части военной полиции и спас меня от серьезных неприятностей в Англии, когда я чуть не убил наглого итальяшку, ушедего в самоволку.