- Не знаю, - признался ангел после размышлений.

- А я знаю, - сказал Захар. - Эт чтобы от зла людей удерживать.

- Да как же она удерживает? - спросил Петр.

- А холодом и удерживает, - говорил Захар. - Хочет человек какое зло сделать, а не делает, потому что ему выходить на холод или в метель страшно.

Подумал ангел над словами печника, и показалось ему, что прав печник. А кроме того, легко объяснялось теперь отсутствие зимы в Раю - там ведь никто никому зла не делает, а стало быть, удерживать некого. А значит, и зима не нужна.

Говорили они еще долго, а потом спать улеглись.

А утром разбудил их стук в окно.

- Эй, Захар, у тебя ангела нет? - спрашивал кто-то. Поднялись и Захар, и ангел. Подошли к окну. Попытались рассмотреть - кто это там ангела ищет, но ничего не увидели сквозь заиндевевшие морозные узоры. Однако тихо было на дворе, значит ночная вьюга к тому времени окончилась.

Отпер Захар двери. В сени ввалился красный с мороза горбун-счетовод.

- У тебя ангел-то? - отдышавшись, снова спросил он.

- Ну, У меня, - ответил Захар. - А тебе он зачем?

- Да там Архипка-Степан умирает, просил его - хочет перед смертью с ангелом поговорить.

- О Господи, - вырвалось у Захара. - Чего ж это он помирает? Случилось что?

-Нет, - ответил горбун. - Сам решил помереть. От тоски, сказал.

Ангел быстро надел одолженный предыдущим утром кожух и вышел во двор. Горбун за ним.

- Я счас тоже подойду! - крикнул им вслед Захар. В самом углу человеческого коровника, того же, где и ангел жил, лежал на лавке Архипка-Степан, накрытый несколькими шинелями и кожухами. Вокруг него сидели на лавках и на корточках новопалестиняне, сидели и молчали, горестно поглядывая на Архипку.

Ангел подошел несмело, стал у изголовья и поймал на себе тусклый, но радостный взгляд умирающего.