Румпа и ее супруг забыли о рабочем дне, синтетической еде, травмах мегаполиса, разговоры о пустой комнате и уже не чувствуя под собой кресел, очутились на лоне желанной природы.

В этот момент в долине Дорвы бежали, летали и замирали на месте множество сенсокиберов... Эти пластиковые шары размером с арбуз, покрытые сплошь отверстиями-глазами были повсюду: на холмах, в песках, в кипенно-белых садах и под водой. Их восприятия были многоцветными и слепыми, сияющими и повядшими, детскими и зрелыми.

Глиф и его жена были детьми, когда образовалась Планета Режимов. Индустриальная эра отравила реки, раздробила горы в камни, удушила растения и животных. И в конце-концов природа отплатила тем, то исчезла почти полностью. Те островки, что еще от нее оставались, тоже долго не продержатся. Наступил переход к эре искусств и одна из близких планет была объявлена заповедником. Ее вылечили и создали центр, чьи сотрудники должны были следить за природой, пока на Алерко не появятся условия для воскрешения убитой феи - природы с помощью образцов из заповедника. Было изобретено сенсовидение. В определенные дни отдельные группы людей наслаждались заповедными чудесами.

Румпа стояла босиком в речной воде. Сенсокибер, будто уловив ее мысль, нырнул и наполнил комнату прозрачными сумерками, в которых сверкали ртутью рыбы, шевелились раки, покачивались водоросли.

А Глиф остановился перед кустом сирени. От аромата его белых кистей он словно помолодел и забыл инструкцию не опережать сенсокибера. Он протянул руку и тут же отдернул, прикоснувшись к видеофону.

Сквозь разорванную ткань передачи его восприятия прекратились, а мысли разбились о сиреневый куст, превратившийся в призрак. Да, Румпа сто раз права - нужна пустая комната!

Но он не выдал себя, не желая мешать жене, хотя и завидовал, что для нее иллюзия все еще продолжается.

Вдруг стало темно, потом светло и в комнате опять материализовалась ведущая. Румпа со вздохом обмякла в кресле. Их горячие и сильные руки переплелись.