а дорога точно неоконченный упрямый шаг вперед бездумно тянется за горизонт и ветер дует ей вослед и угодливо прощально кланяются безобразные деревья

сад неожиданно пропал развеялась взлетевши к облакам аллея ветер стих…

― Лот, что это было? ― Густав Малер. Песни об умерших детях. Я… неверно выбрал? ― Нет-нет, что ты! Это было замечательно. Как раз то самое… Но… почему ты мне воспроизвел их, а? Ведь это ты так захотел? ― Не то чтоб захотел… Просто пытался угадать. Порой и вправду хочется взгрустнуть ― тогда как будто лучше понимаешь, что к чему… Зачем…

И еще день прошел. Сколько их осталось позади? А впереди ― если прикинуть… Страшно. Даже оглянуться не успеешь…

― Стань я волшебником, чего б ты пожелала? ― Быть здоровой. ― А еще? ― Еще?.. Вновь очутиться в парке. Чтоб стояла осень… Пусть печальная, но золотая… ― Осень! Тоже мне, сказала! Увядание, тоска… То ли дело весна! ― Нет. Осенью ― проще… Лучше как-то чувствуешь других и… себя. ― Ты уверена? ― Не знаю…

Она улыбнулась, точней, попыталась улыбнуться, но вышло это у нее неловко, даже жалко, будто она извинялась невесть перед кем…

― Скажи мне, Лот, какой был день? ― Когда? ― Сегодня! Что мне дело до вчерашнего? ― О, день чудесный. Прямо ― сказка! Люди сняли меховые шкуры и млеют. Апрель… ― Уже апрель… Лот, я старая? ― Ну вот еще! Глупости какие… А небо синее ― ни облачка, и… ― Лот, я уродливая, некрасивая? ― Да с чего ты взяла?! И вообще ― откуда эти мысли? ― А все-таки, Лот… ― Ну, прошу, не думай ты об этом! Разве ни о чем другом нельзя поговорить? Зачем… ― Так, интересно… Ты же знаешь ― меня всегда интересуют нелепые вещи.

Она чувствовала, что еще секунда ― и она бесстыдно разревется. Конечно, это все глупости. Ерунда, которой не стоит забивать голову. Особенно сейчас… И все же… Нет, нет! Нельзя.