В этом консорциуме Дж., однако, владел портфелем генерального директора, ибо главой проекта назначили все-таки его; лорд Лейтон удовлетворился должностью научного руководителя. В таком разделении функций ярко проявилась британская государственная мудрость, согласно которой военным министром назначался человек штатский, а генералу поручали ведомство иностранных дел или сельского хозяйства. Впрочем, Блейда не интересовали такие мелочи; он ел.

– Прости, мой мальчик, – Дж. деликатно коснулся его локтя, – тебе не станет плохо?

Словно очнувшись, разведчик уставился на огромное блюдо, уже почти пустое, ибо ростбиф, кусок за куском, перекочевал на его тарелку, а оттуда

– в рот. Пожалуй, он осилил фунтов пять мяса… если не шесть или семь. А это значило, что действие проклятого мексиканского снадобья кончалось!

– Оставьте молодого человека в покое, Дж., – Норрис привстал, перегнулся через стол и поставил перед Блейдом новое блюдо, на этот раз с паштетом, украшенным маслинами и обложенным по краям ломтиками салями. – Разве вы не знаете, что один полковник на первых порах ест и пьет за трех майоров? Со мной это тоже было.

– Что же тогда говорить о генералах? – пробормотал Дж.

– Генералами становятся в том возрасте, когда уже нельзя позволить себе подобных излишеств, – вздохнул Норрис.

– Я полагаю, что излишества вредны всегда, – склонив голову к плечу, Дж. наблюдал, как огромный ломоть паштета перекочевывает на тарелку Блейда.

– Особенно в нашем деле.

Норрис что-то возразил, и оба начальника пустились в солидный и неторопливый спор – вполне подобающее развлечение для двух зрелых английский джентльменов, осиливших вместе полбутылки бренди. Блейд, поглощая паштет, тоже размышлял об излишествах. Он придерживался точки зрения Питера Норриса – как более оптимистичной. Если полковник ест и пьет втрое больше майора, то сколько же ему нужно женщин? Сегодня его ждала Зоэ, но все отчетливей он понимал, что по дороге домой будет не лишним заглянуть еще к двум-трем давним приятельницам.