Найла, четыре года прожившего в безводной пустыне, вдруг окружила яркая, многоцветная жизнь. Это настолько ошеломило мальчика, что он будто опьянел.

Вот почему за время странствия, пока Найл попеременно то болтался в корзине у матери за спиной, то мелко трусил рядом с ней, ощущение неизбывной радости не покидало его. Рассказывая семье о новом доме, отец произнес слово «плодородный», и ребенок живо вообразил местность, изобилующую цветами, деревьями и мелкими животными. В нем воспрянуло ожидание бесконечной череды чудес, одно восхитительней другого. В полдень, когда безжалостный зной стал нестерпимым, мужчины выкопали в песке ямы и накрыли их зонтами, присыпав сверху песком (в нескольких сантиметрах от поверхности песок был сравнительно прохладным). Отсюда меньше мили оставалось до изъязвленных ветром каменных столбов, где можно было найти прибежище, но при эдакой жаре нечего было и думать до них добраться.

Найл ненадолго вздремнул, и ему опять снились цветы и бегущая вода. Затем продолжили путь.

Ветер переменил направление, вроде бы повеяло прохладой. Ткнув пальцем в сторону, откуда дул ветер, Найл спросил отца:

– А там что?

– Дельта, – ответил Улф. Голос отца был усталым и бесцветным, но звучало в нем нечто заставившее Найла насторожиться. К месту, окончательно выбившись из сил, добрались за час до сумерек. Первое, что приковало взор Найла на новом месте, были верхушки акаций на горизонте и исполинский разлапистый кактус. Прежде мальчик деревьев не видел никогда, знал о них только по рассказам отца. Однако никаких цветов на новом месте не оказалось, равно как и плещущейся воды, о которой он так мечтал.

Вокруг простиралась лишь голая каменистая земля, присыпанная тонким слоем песка.

Кое-где из нее торчали блеклые пучки травы, кусты креозота и стебли травы альфы, виднелись валуны и обломки скал. Лишь древовидный кактус-юфорбия, увенчанный темно-зелеными листьями, несколько оживлял монотонную картину. В отдалении возвышались все те же непривычные глазу колонны красного скального грунта, а сзади, с южной стороны, на горизонте вздымалась отвесная стена плато. И все-таки здесь было намного интересней, чем в бесконечных песчаных дюнах, которые окружали их прежнее жилище.