-- Ведь крайний срок для воскрешения -- восемь часов после смерти, так?

-- Техника совершенствуется,-- сказал брамин.-Теперь можно оживлять и через двенадцать часов. И это для всех ранений, кроме серьезных повреждений мозговой ткани.

-- Ну что ж, молодцы,-- сказал я. Память прояснилась окончательно и я понял, наконец, что же произошло.-- Но на этот раз у вас вышла крупная накладка.

-- Что за чушь, рядовой? -- спросил один из них с чисто офицерскими интонациями.

-- Гляньте-ка сюда,-- и я протянул ему свой личный жетон. Насколько я мог видеть его лицо, он нахмурился.

-- Черт бы меня побрал! -- пробормотал он.

-- Оказывается, наши желания совпадают,-- заметил я.

-- Видишь ли,-- сказал он.-- Траншея была прямо завалена трупами. Нам сказали, что все по первому разу. Приказано было всех поставить на ноги.

-- И вы что, даже не смотрели жетоны?

-- Когда?! У нас была чертова уйма работы! Конечно, мне очень жаль, рядовой. Если бы я знал...

-- К дьяволу ваши сожаления,-- перебил я.-- Мне нужен Генеральный Инспектор.

-- Ты что, в самом деле думаешь...

-- Думаю,-- отрезал я.-- Не то чтобы я был крутым законником -- в окопах нас учили другим наукам. Но этот иск я предъявлю в лучшем виде. А требовать встречи с Генеральным Инспектором -- мое право, и будьте вы все прокляты!

Они перешли на шепот, а я как следует себя осмотрел. Надо признать, потрудились брамины здорово. Не так хорошо, конечно, как в первые годы войны. Кожу как-то неаккуратно пересадили, да в потрохах я чувствовал непорядок. Правая рука дюйма на два длиннее левой -- кто ж это напорол-то? А в общем, вполне...

Они закончили шептаться и принесли мою форму. Я оделся.

-- Насчет встречи с Генеральным Инспектором,-- сказал один из них.-- Тут есть некоторые трудности. Видишь ли...

Короче, генерала мне не дали, а подсунули вместо него здоровенного добродушного сержанта -- из тех опытных служак, которые потолкуют с тобой с полным пониманием и сочувствием и оставят в уверенности, что дело твое выеденного яйца не стоит, решить его проще простого, так что можно больше не рыпаться.



2 из 8