Попытался сообразить, не чудится ли это ему, но увидел, как Людмила Николаевна распахнула дверь в коридор. Звуки стали громкими. Валерий бросился за ней в дельфинник. Уже с порога увидел Актрису, ее голову с блестящим глазом, чуть приподнятую над водой. Она лежала на боку, казалось, сейчас призывно замашет ему грудным плавником: давай поиграем в мяч! Но что-то в позе дельфинки было необычным, настораживало. То ли опущенный хвост, то ли неподвижность ее плавников... Валерий почувствовал беду еще прежде, чем услышал отчаянный крик Людмилы Николаевны:

- Она умирает!

Дельфинка чуть-чуть приоткрыла клюв, приглушенный свист вырвался из дыхала. Она то высовывалась из воды, то опускалась.

Теперь Валерий разглядел, что Актриса не плывет, а ее поддерживает на поверхности Пилот. Иногда показывалась его голова, слышался пронзительный призывный свист.

- Звоните Славе, скорее! - попросила Людмила Николаевна.

Валерий бросился в коридор и остановился от неожиданности. Навстречу ему, оставляя мокрые следы на линолеуме, ковылял на своих щупальцах Мудрец.

Валерий пропустил нового помощника к Людмиле Николаевне и поспешил к телефону. Снял трубку, но гудка не услышал. Он постучал по рычагу, убедился, что телефон бездействует, и побежал обратно, к дельфиннику.

Осьминог стоял над бассейном, недалеко от двери, устремив неподвижный взгляд на Актрису и постепенно менял цвет - розовый на серый в крапинку. Его длинные верхние щупальца то втягивались, то скручивались, словно он не мог прийти к решению, бросаться ли на выручку.

- Сюда! Сюда! Ко мне! - звала дельфинов Людмила Николаевна.

Пилот подтолкнул к ней безжизненное тело своей подруги, издал резкий свист, вой и встал в воде вертикально, работая хвостом. Он посмотрел на Людмилу Николаевну, на Валерия, будто прощался с ними. Его глаз остановился на осьминоге, выражение изменилось. Блеснула и погасла ярость. Прежде чем Валерий успел позвать дельфина, тот опустился в воду, быстро поплыл к тому месту, где стоял осьминог. Людмила Николаевна замерла, ее лицо свела судорога боли.