Валерий смотрел на город, пытаясь запомнить каждую деталь. Слава тронул его за плечо:

- Вернемся сюда с кинокамерой.

Они забыли об аквалангистах, о задании, об опасности. Если бы они захватили водолазные костюмы, то немедленно вышли бы из батискафа, чтобы лучше рассмотреть удивительные симметричные сооружения.

- Октопус сапиенс! [octopus - осьминог, sapiens - разумный (лат.)] прошептал Слава. - Вот это было бы открытие!

- А почему бы и нет! - воскликнул Валерий. - Новый вид - осьминог разумный. Разве это в принципе невозможно? Что мы совсем недавно знали о дельфинах?

- Погоди, погоди, - досадуя на свой неосторожный язык, остановил товарища Слава. - Мы же еще ничего не знаем...

Из ближайшей постройки стремительно выплыл осьминог, помчался прямо на батискаф. Слава притушил прожекторы. Осьминог остановился у иллюминатора, заглянул, как прежде, внутрь корабля. Его огромные осмысленные глаза посмотрели на людей. И Слава и Валерий почувствовали немой призыв. Осьминог отпрянул от стекла и медленно, словно приглашая за собой корабль, поплыл вдаль.

Слава повел за ним батискаф.

Осьминог уверенно плыл по известному ему пути, делая многочисленные повороты и время от времени останавливаясь, чтобы подождать корабль.

Через некоторое время начал щелкать счетчик Гейгера, фиксировать микродозы облучения. Его треск неуклонно усиливался, замигала первая контрольная лампочка, потом - вторая. Если включится третья - в зоне находиться нельзя.

Впереди показалась темная металлическая глыба контейнера. Осьминог вытянул щупальца, словно указывая на нее, развернулся и взмыл вверх. Ему снова пришлось подождать корабль, неподвижно паря на одном месте, затем он толчком выбросил воду из воронки и поплыл почти по вертикали. Батискаф устремился за ним, снизив, однако, скорость.