— Занят ли я? — воскликнул Артур. — Ну, у меня только и всего, что все эти штуки и бульдозеры, чтобы лежать перед ними, иначе они снесут мой дом, если я этого не буду делать, а, кроме того… Ну, не очень, а что?

На Бетельгейзе нет сарказма, и Форд Префект часто его не замечал, хотя и был внимательным.

— Хорошо, где бы мы могли поговорить?

— Что? — переспросил Артур Дент.

В течение нескольких секунд Форд, казалось, игнорировал его и пристально смотрел в небо, как кролик, старающийся попасть под машину. Потом внезапно присел на корточки рядом с Артуром.

— Нам нужно поговорить, — настойчиво повторил он.

— Отлично, говори, — ответил Артур.

— И выпить, — сказал Форд. — Жизненно важно, чтобы мы поговорили и выпили. Немедленно. Пойдем в пивную, в город.

Он снова посмотрел в небо, нервно, ожидающе.

— Послушай, разве ты не понял? — закричал Артур и показал на Проссера. — Этот человек хочет снести мой дом!

Форд глянул на того, озадаченный.

— Ну, так он сможет сделать это и без тебя. Разве нет?

— Но я этого не хочу!

— А-а.

— Слушай, что с тобой стряслось, Форд? — спросил Артур.

— Ничего. Ничего не случилось. Послушай, я должен рассказать тебе самую важную вещь из всех, какие ты когда-либо слышал. Я должен рассказать тебе сейчас же, и я должен рассказать это в баре салуна «Лошадь и конюх».

— Но почему?

— Потому что тебе потребуется очень крепкая выпивка.

Форд смотрел на Артура, и Артур удивился, обнаружив, что его воля начала слабеть. Он не понимал, что это происходило из-за старой пьяной забавы, играть в которую Форд выучился в надпространственных портах, обслуживавших пояса мадранитовых копей звездной системы Беты Ориона.

Не сказать, чтобы игра сильно отличалась от земной игры под названием индейская борьба, или борьба на руках, а играли в нее так: