А чем детальнее портрет, тем меньше подозреваемых, а значит — больше времени на поиски настоящего преступника. В связи с этим сразу хочу сделать еще одно замечание: Исследовательское подразделение поддержки, которое является частью Национального центра анализа особо опасных преступлений ФБР в Квонтико, не ловит преступников. Повторю еще раз: мы не ловим преступников. Этим занимается местная полиция и, учитывая, какое колоссальное давление она испытывает, в большинстве случаев делает свою работу чертовски хорошо. Мы же стараемся ей помочь, направляя расследование в нужную сторону и предлагая активные меры, способные выявить преступника. А когда его ловят — я снова подчеркиваю: полицейские, а не мы, — вырабатываем основные подходы и приемы, которые на процессе позволяют прокурору в полной мере раскрыть истинную личность подсудимого.

Мы имеем такую возможность благодаря исследовательской работе и накопленному специальному опыту. Ведь если, например, какое-нибудь полицейское управление, скажем, на Среднем Западе впервые сталкивается с серийным убийством, то мы занимались сотнями, если не тысячами подобных преступлений.

Я всегда учу своих агентов: «Если хотите понять художника, смотрите на его картины». За годы работы мы видели множество таких «картин» и бесчисленное количество раз разговаривали с самыми маститыми «художниками». Мы методично разворачивали работу Научной психологической службы, которая в конце 70-х-начале 80-х годов превратилась в Исследовательское подразделение поддержки ФБР. И хотя большинство книг вроде романа Тома Харриса «Молчание ягнят» в погоне за драматическим эффектом приукрашивают и безмерно превозносят нашу работу, своих предшественников мы действительно находим скорее в литературе, чем в криминалистической фактографии. Так, первым создателем психологического портрета преступника можно считать героя написанного в 1841 году классического рассказа Эдгара Аллана По «Убийство на улице Морг» сыщика-любителя Ш. Огюста Дюпена. А сам рассказ — примером использования активного метода для выявления личности неизвестного преступника и оправдания посаженного в тюрьму невиновного.