– Что делать, кэп? – Леман побледнел. – Какие есть способы предохранить себя?

– Никаких.

– Не может быть, – Леман встревожился. – Это чепуха. Если Хэмридж умер от какой-то болезни, это не значит, что мы тоже должны заболеть.

– Откуда вы знаете? Может быть, вы уже заболели, – нетерпеливо сказал Стэнли. – Мы ели и пили вместе, мы дышали одним воздухом. Мы все покидали корабль и все время общались друг с другом. Если Хэмридж погиб от какого-то неизвестного вируса, мы не сможем ничего поделать. Тогда мы уже заражены. Если нет, он нам не опасен. В любом случае нам остается только ждать.

Всякое ожидание мучительно. Каково же кучке исследователей ждать известия о скорой смерти!

Они были оптимистами и крепились, как могли. Однако покончить с их страхами мог лишь один человек.

Ждать пришлось долго.

Наконец, появился Торн. Его глаза покраснели от напряженной работы без сна и отдыха, лицо осунулось.

Он молча поставил на стол микроскоп и положил под объектив предметное стекло.

– Ну? – Стэнли старался не думать о благополучном исходе. – Вы знаете, что убило Хэмриджа?

– Да, знаю.

– Что же?

– Не вирус. – Торн криво усмехнулся, услышав вздох облегчения. – Но от этого нам не легче.

– Почему? – Лицо Лемана покраснело и покрылось капельками пота.

– Я чувствовал, что это не мог быть чужой вирус. Уж слишком мы отличаемся от обитателей той планеты, чтобы их болезни могли действовать на нас. Идея о вирусе была совершенно нелепой.

– Что же убило Хэмриджа? – нетерпеливо спросил Клайен.

Торн кивнул на микроскоп.

– Посмотрите. И вы, Леман. Вам тоже будет интересно.

Леман долго сидел, склонившись над окуляром. Когда он выпрямился, на лице его было написано недоумение. Он снова нагнулся.