– И чего ты с этим идиотом так возишься? – желчно говорит продавцу выбирающий фрукты толстошеий мужчина. – И так житья от этих дебилов нет!

Ответа я уже не слышу. Дверь закрывается за моей спиной. Я в нетерпении срываю слои обертки с мороженого. Сначала шуршащую фольгу, потом хрустящую прозрачную бумажку. И впиваюсь зубами в прохладное чудо. Мороженое столь восхитительно, что я ни на что не обращаю внимания, пока глотаю тающую сладкую мякоть. Люди обходят меня стороной. Когда в руке остается только крохотный вафельный огрызок, я снова слышу за спиной тот же желчный голос:

– Чего встал посреди дороги, придурок!? Убирайся в сторону, осел!

Я недоуменно оглядываюсь. Дорога вокруг пуста, только одна машина стоит у обочины напротив. Пара человек идет по тротуару, но они еще далеко. Места пройти хватает. Но разозленному мужчине с пакетом в руках почему-то хочется пройти там, где стою я. Озабоченные прохожие делают вид, что куда-то спешат и старательно не обращают на нас внимания. Я вытираю рот и улыбаюсь, как учил меня Генри.

– Он еще скалится, недоумок! – мужчина грубо толкает меня в плечо, так что остатки моего мороженого падают на тротуар.

Мне так жалко, ведь мороженое такое вкусное, а хрустящий хвостик – всегда самый лакомый кусочек, но я не подаю вида, что мне не по себе. Я и так едва не упал. Мужчина с красной бычьей шеей, пыхтя, идет себе дальше, а я раздумываю, как бы мне получить еще одно мороженое. Генри говорит, что мне можно только одну штуку в день.

Из синей машины напротив доносится приятная музыка. Она касается чего-то внутри меня и я слушаю ее, забывая про сладкое. Она необычна. Поет женщина. У нее очень красивый хрипловатый голос. Только слов не разобрать. Из машины выходит человек в зеленой одежде с пятнами и в высоких ботинках. Догоняет мужчину, которому мало дороги. Берет его за руку. Останавливает. Что-то говорит ему. Я не слышу, что именно, – музыка из открытой дверцы звучит громче.