Хотя с другой стороны, я могу войти в историю как могущественный белый маг, окутанный ореолом святости, а потом, через пару тысяч лет, когда даже мое имя многократно переврут переписчики, и вовсе сравняюсь с Создателем. Я всерьез задумался над этой зловещей перспективой, не зная, что хуже.

  Мои размышления были прерваны настойчивым стуком по руке, в которой я держал вилку. Я опустил взгляд и увидел миниатюрного, сильно обросшего волосами человечка с большой головой - нашего домового, стоящего рядом с моей тарелкой. Вид у него был весьма недовольный.

  - Объедаетесь, да? Пируете... - проворчал он, теребя передник в мелкую красную клеточку. - А как же я? Конечно, обо мне все забыли. Я думал, что уж в доме волшебника, я смогу найти понимание, но нет...

  - Что случилось-то?

  - Он даже не знает! Он не знает! - домовой трагично всплеснул ручками. - Какое неуважение! Где были мои глаза, когда я поселился здесь?! Где была моя голова?!

  - Да в чем дело?!

  - Где мое молоко? - спросил он не меняя тона.

  - Мелл... - я вопросительно посмотрел на жену.

  Так как видеть и слышать домового мог только я, да и то лишь при хорошем дневном освящении, то мне пришлось пересказать ей его претензии.

  - Молоко? - Мелл покраснела. - Но я же точно помню, что вчера его наливала.

  - Оно скисло, - буркнул домовой, сверкнув глазами. - Если больше не нуждаетесь в моих услугах, так и скажите. А курица, между прочим, сегодня съедобна только благодаря мне.

  - Спасибо, - совершенно искренне поблагодарил я, понимая, что это, скорее всего, чистая правда.