Отец Мема был дружен с Первым префектом и очень гордился, что пристроил сына к такому надежному наставнику, как инспектор Нонор. Через четыре месяца Мем сдавал в Каменных Пристанях выпускные экзамены, и место дознавателя в Первой префектуре подразумевалось для него как бы само собой. По планам отца, со временем Мем должен был стать инспектором, потом помощником префекта, там, глядишь, самим префектом, а уж дальше дорога открыта и в золоченые двери Царского Города. Вот только Мем не мог на это согласиться, хоть умри.

Так и вышло, что Мем, в общем-то прилежный и неглупый парень, изо всех сил прикидывался дурнем, чтобы избежать назначенной для него участи и навсегда сесть на цепь в Столице. Все свое прилежание и всю сообразительность Мем направлял против инспектора Нонора. Нонор временами уже покрывался кровавой пеной от бешенства, но, к великому сожалению Мема, пока господин Фемем не желал никого слушать, не собирался расставаться с мечтой видеть своего второго сына солидным государственным деятелем. Господин Фемем был упрям. Но Мем знал, что сам-то он еще упрямее.

Однако пропавшим увольнением неприятности Мема в сегодняшний день не исчерпывались. В начале первой дневной стражи, по дороге в префектуру, Мем заглянул к Ясе и застал ее в слезах. Других девушек из заведения заказали накануне на всю ночь развлекать гостей на празднике в Речном Порту, а Ясю не взяли оттого, что она немая. И пока она доказывала тетушке Ин, что она ничем не хуже остальных и тоже хочет поскорее отработать себе вольную, кто-то польстился на красивую желтую тыкву, которую тетушка пять дней назад привезла Ясе из деревни на праздник. Тыква стояла на подоконнике, окошко вскрыли и тыкву унесли. Яся была согласна, что плакать из-за желтой тыквы глупо. Но ведь теперь ни одно праздничное желание не сбудется, из-за желаний-то поплакать можно. По поводу тыквы Мем думал на уличных детей, поскольку ни одному солидному вору красть желтую тыкву в голову не пришло бы. Мем пообещал найти виновного и открутить ему уши, но Ясю это утешило лишь чуть-чуть.