Я пришел, чтобы помочь тебе... Кто бы мог подумать, что старый Данда будет предлагать помощь могучему Гунайху! -старик засмеялся, будто горсть зерна бросили в пустой котел. -- Они начнут с вое ходом солнца, ты это знаешь, вождь. Их много, очень много, это ты тоже знаешь. Против тебя объединились все соседние кланы. Сильные всегда готовы объединиться против слабого. Потом они будут грызть друг другу глотки за твою землю и скот, но это будет потом. Так бывало не раз, и так будет теперь. Все повторяется, вождь. Пройдет совсем немного времени, и слабый снова будет гоним, а сильный снова будет его преследовать. Пройдет совсем немного времени, и люди забудут, что земля эта принадлежала могучему Гунайху, забудут имя твое и подвиги, мужчины клана погибнут в бою или сгорят в жертвенных кострах, а женщины найдут утешение в чужих шатрах. Ты все это знаешь, вождь.

-- Зачем ты мне это говоришь? -- глухо проговорил Гупайх. Страшная усталость навалилась вдруг на него, согнула плечи, придавила к земле, и хотелось лишь одного -- чтобы скорее наступило это последнее утро.

Гауранга вдруг коротко вскрикнул во сне, проснулся и в испуге уставился на возникшее перед ним темное, будто высеченное из коры неумелым мастером лицо старика.

-- Кто это? -- прошептал он.

-- Не бойся, он сейчас уйдет. Я дам тебе похлебки и лепешку, -- сказал вождь, обращаясь к старику. -- Дам столько лепешек, сколько ты сможешь унести. Забирай и уходи. Ты прав, обреченным не нужна пища. Уходи. Ну!

Но Данда не собирался уходить. Не за тем он пришел.

-- Я пришел вовремя, -- как ни в чем не бывало проскрипел он, поглаживая посох. -- Старый Данда знает, когда нужно приходить! Долго я ждал этого дня. Ты слушал и не слышал, вождь. Я пришел помочь тебе и... спасти. И его тоже спасти, -- он кивнул на мальчика, тот напрягся и прильнул к отцу. -- Я скажу тебе то, чего никому не говорил: есть другие земли! Я поведу тебя туда...