Природа, вольный твой язык

Приемлет сердце человечье

И понимает напрямик.

Во всем, от края и до края,

Окрасив сумрачные дни,

Та безыскусственность святая,

Что только гению сродни.

Либун не спеша шел прибрежной полосой, наблюдая за стайками серебристой плотвы. Мелкие рыбки резвились, привлеченные теплыми солнечными лучами. Либун упер руки в колени и стал присматриваться повнимательнее. Там, поодаль, где песчаное дно начинало резко понижаться, он заметил какое-то вздутие вроде пологого бугра. Тысячу раз он тут купался, но бугра что-то не замечал.

Больше всего, однако, кока поразило то, что плотва, резвящаяся в воде, избегала подплывать к этому вздутию на дне, словно оно таило для рыбок неведомую опасность.

Либун вытащил из кармана пестрый шарик биосвязи. Оставалось сжать его в кулаке, назвать соответствующий шифр и вызвать аварийный отсек. Но кок медлил. И так он пользуется на корабле репутацией человека чрезмерно осторожного и мнительного. А может, это небольшое вздутие на дне – просто груда песка, намытая волнами. Что же касается поведения плотвы, то это, возможно, просто плод его разгоряченного воображения. Мало ли что может привидеться! Да и вообще поведение рыбешки ни о чем, в сущности, не говорит.

Либун представил себе желчное лицо начальника аварийного отсека, с недоверчивой ухмылкой выслушивающего неубедительный рассказ кока о прихотливом поведении стаек плотвы, и решительно спрятал шарик биосвязи в карман. Известно ведь, что биосвязью по корабельной инструкции можно пользоваться только в экстренных случаях, о чем в данном случае речи нет.

Вот варварски загубленное дерево – дело другое! Тут, как говорится, факт налицо, и от этого не отвертеться. Пусть виновник отвечает!

Почти бегом кок добрался до выхода из отсека. Люк за ним закрылся с глухим вздохом.