– Спасибо за комплимент.
– Может, возьмешь все ж таки авансец? Полста штук, скажем…
– В следующий раз, детка. Но учти, я и натурой кое с кого стребую…
Венглинская проводила гостя до машины. На прощание поцеловались, но как-то отстраненно, даже деловито – как показалось Рейнджу, – без прежней страсти. Он завел движок. Когда Мокрушин выезжал через открытые настежь ворота, то мельком увидел чей-то силуэт в темноте возле распахнутой брамы: но толком разглядеть этого человека ему не удалось.
Глава 2
ОХ, РАНО ВСТАЕТ ОХРАНА!..
Ночь выдалась буйная, хмельная, даром что у них была лишь одна бутылка шампанского!.. Всего-то каких-то три недели не виделись, а как будто пробыли в разлуке целую вечность! Может быть, и не следовало Оксанке сюда приезжать, но раз уж приехала, раз уж они устроили себе это тайное свидание, то так тому и быть: эта теплая украинская ночь будет безраздельно принадлежать только им двоим…
Гайдуков, когда узнал от «керiвника»
Впрочем, он пока числил себя – даже в мыслях – Андреем Гайдуковым. Пройдет, наверное, немало времени, прежде чем он свыкнется с новыми реалиями, прежде чем он окончательно поймет, что мосты сожжены и что ему, взрослому, сложившемуся человеку, придется начинать жизнь фактически с чистого листа.
Ближе к утру Оксана, прижавшись к нему всем своим горячим телом, задремала. Простыня была влажной от пота, но из приоткрытого окна наконец повеяло предрассветным холодком – дышать сразу стало легче. В лесу, до которого было рукой подать, пробудились первые пичуги; с другой стороны, где почти вплотную к берегу Роси подходит сплошная проволочная изгородь, доносились звуки лягушачьего оркестра… Гайдуков осторожно отодвинулся, стараясь не разбудить подругу. Когда он встал с тахты, на которой они провели первую половину ночи, пружины предательски заскрипели. Оксана сонным голосом спросила: