С каждым мгновением чары Призраков Ночи ослабевали. Мрак сменился белесым туманом, сквозь дымку уже проглядывал окружающий ландшафт. Никакого шатра и в помине не было. Король находился в бескрайней пустыне, на ровной поверхности которой валялись лишь груды падавших с неба камней, да местами тлели остатки сгоревших деревьев и клубился черный дым. Успокоившаяся земля быстро остывала. Ветер подбрасывал к ногам правителя сухие комья и пучки трав, но ураган иссяк и больше не возвращался.

Туман окончательно рассеялся. Глаза Кулла быстро привыкали к дневному свету. Он понимал, что испытания, уготованные ему Призраками, на этом не кончились, и поэтому настороженно оглядывался по сторонам. Королю не пришлось долго ждать — его внезапно накрыла черная тень. В сером небе парила странная птица, небывалые размеры которой внушали ужас. Приглядевшись, Кулл молниеносно выхватил из-под рубахи короткий меч — единственное оружие, с которым он никогда не расстраивался.

У «птицы» было три головы! Дракон — невыдуманный болтуном из харчевни и не изображенный уличным комедиантом, а самый нестоящий, из плоти и крови!

Посланец сил зла, несомненно, был опытным бойцом. Дракон не растопыривал в полете лапы и не изрыгал смертоносный огонь, надеясь сломит волю противника еще до схватки. Он спокойно и плавно кружил над Куллом, понимая, что не умеющий летать и вооруженный одним клинком человек никуда от него не денется. Король, вынужденный постоянно крутить головой, тем временем сбросил сковывающую движения рубаху. Он тоже был спокоен и даже с улыбкой напевал: «Дзин, дзин, дзин, дэаа.» Сердце его радостно колотилось в предчувствии битвы, а разум оставался холодным и подвластным воле.

Дракон опустился на землю в двадцати шагах от Кулла и неторопливо сложил крылья — теперь костяной панцирь надежно прикрывал туловище. Размерами хищник походил на здоровенного быка, только вместо одной у него торчали три головы, а шесть коротких лап были гораздо толще бычьих ног.