Утомленные долгой прогулкой вокруг летного поля, по почти непроходимым джунглям, летчики принялись устраиваться на ночлег.

– Стас! – Гнатенко окликнул штурмана. – Ты и Романенко дежурите первыми. Через два часа будите меня и Сулима.

– Ясно! – стараясь скрыть раздражение, делано бодро ответил Буценко.

Бросив на пол сумку с оружием и одеждой, Гнатенко уселся на нее и снял кроссовки. Носки противно липли к ногам. Выбросив их в сторону, он вытянул ноги и с удовольствием пошевелил пальцами.

– Во уроды, – хмыкнул сидящий рядом Хачубаров. – Международный аэропорт, а никакой охраны.

– Тебе-то что? – удивился Стас. – Утром осмотрят полосу, и будь здоров. От кого ее охранять-то?

– Да хотя бы от таких, как мы, – усмехнулся чеченец.

– С завтрашнего дня здесь долго не погуляешь, – напомнил ему Николай.

– Это точно, – согласился тот. – У них, как у русских, пока жареный петух в жопу не клюнет…

– Может, пока есть возможность, машину посмотрим? – раздался из темноты голос Романенко.

– Чего ты в потемках там увидишь? – удивился Стас. – Не волнуйся, готова она. Чай, не дрова везти собрались.

– Когда все сделаем, как домой добираться будем? – неожиданно спросил Ром.

Он был в их экипаже самым старшим по возрасту. Юрий носил бороду и усы, что делало его в глазах пилотов еще солидней. Между собой они его называли Ромом. Он на это не обижался, в чем был полной противоположностью Гнатенко. Командир экипажа долго и мучительно привыкал к кличке Гном. Она прилипала к нему повсеместно и преследовала с самого детства.

– В Конго летают самолеты даже с Украины, – Николай посмотрел на темный силуэт товарища. – Человек, на которого теперь работаем, дал слово, что мы спокойно окажемся там, где захотим.

– Я за это отвечаю, – устраиваясь поудобнее, подтвердил его слова Сулим.

– Хотелось бы верить, – не унимался Ром.

– Разве я вас когда-нибудь обманывал? – удивляясь его реплике, хмыкнул Гнатенко и закрыл глаза.