Дикторша на экране продолжала нести всякую чушь по поводу больших возможностей и раздвинутых горизонтов, но Жак ее уже не слушал. Он думал. Те, кто знал его достаточно близко, а присутствовавшие в этот момент в комнате Фред, Лиз и Полли, безусловно, относились к этой счастливой категории, знали также, что прерывать мыслительный процесс попросту опасно. Наконец Жак вышел из транса.

— Мы устраиваем вечеринку! — объявил он.

— Я-то думала, ты что-нибудь скажешь об этом… — разочарованно сказала Полли, сделав неопределенный жест в сторону телевизора. — В кои-то веки создан межзвездный двигатель, причем даже звездолета строить не надо, а все, что ты можешь сказать, — вечеринка… Постой-постой… — Полли была умной девочкой, иначе Жак, разумеется, не стал бы с нею дружить. — Ты хочешь сказать… О! — Полли восторженно закатила глаза. — Жак, ты гений!

— Можно для дураков, помедленнее? — попросил Фред, который пока не понял, в чем же состоит гениальность его товарища.

— Повторяю для дураков, — вежливо сказал Жак. — Только что… — Он говорил по слогам, как бы подчеркивая, что речь его предназначается именно для дураков, а не для кого-то еще, — по те-ле-ви-зо-ру, пе-ре-да-ли…